«Очень комфортно — 18К злотых на руки». Как попасть в польский Samsung на расслабоне
Айтишник рассказывает о зп, процессах и отзвуках патриархальной корейской традиции.
Айтишник рассказывает о зп, процессах и отзвуках патриархальной корейской традиции.
— У меня богатый опыт в разработке и ИТ-бизнесе: работал в Германии, в США, руководил своим бизнесом в Беларуси, однако он не задался, и я переехал в Польшу и стал искать работу.
Пока я искал работу простого разработчика, отзывов особо не было. Но как только я переделал резюме в сторону менеджмента, отзывов и собеседований стало намного больше. Мне прямым текстом говорили, что им очень нравится мой опыт руководства и что им как раз нужны люди с хорошим техническим бэкграундом, которые не боятся сложных задач и ответственности.
Samsung, на самом деле, был запасным вариантом. К началу 2023 года у меня на руках уже был хороший оффер из Австрии на 90 тысяч евро в год, и я собирался его принять. Поэтому на собеседования в варшавский офис Samsung’а согласился на всякий случай и проходил его достаточно расслаблено.
Про собес. «Переговоры о зп затянулись на три дня»
Всего было четыре этапа интервью: знакомство с эйчаром, первое техническое, второе техническое и наконец итоговое. Обычно хватает одного технического собеседования — только потом я узнал, что мой опыт не подходил для команды разработки Bixby, однако мной заинтересовались в команде по работе с языковыми моделями, поэтому понадобилось ещё одно.
В итоге оба технических собеса пошли хорошо, и во время итоговой беседы мы в основном торговались за зарплату. Я сказал, что готов работать за 25 тысяч злотых брутто в месяц — это примерно соответствовало бы уровню оффера из Австрии. Эти переговоры затянулись дня на три, в течение которых компания неоднократно пыталась снизить зарплату. Я бы, может, и согласился, будь это единственный мой вариант, но австрийский оффер на руках помог настоять на своём.
Когда ты эмоциально не вовлечён, вести переговоры легче.
Итак, они согласились на мои условия и просили принять решение побыстрее. Я же тогда ещё ждал документы от австрийцев и тянул время. Однако австрийцы почему-то задерживались с оформлением, так что в какой-то момент мне стало страшно, что я останусь ни с чем, и я принял оффер Samsung’а.
Австрийский вариант привлекал позицией и интересными задачами — меня сразу назначали руководителем отдела после сделки слияния-поглощения: я должен был унифицировать ПО, чтобы оставить один бэкенд с разными фронтендами. Причём предполагалось, что я сам сформирую новый отдел и найму персонал. Мне очень нравятся такие задачи.
Чем хорош Samsung. «Финансово очень комфортно, команда приятная»
Но так получилось, что я в Samsung’e и до сих пор не пожалел. Во-первых, финансово чувствую себя очень комфортно. С учётом налоговых льгот для создателей интеллектуальной собственности уже в самом начале на руки выходило 18,5 тысячи злотых.
Во-вторых, работа оказалась достаточно интересной, а команда — очень толковой. Кроме меня и моего непосредственного руководителя в команде не было других Senior-разработчиков, и меня благодаря опыту руководства сразу стали вводить в роль менеджера. Это мне нравилось больше, чем просто разработка. Потом нашу команду разделили, и я стал менеджером одной из них.
В-третьих, для меня работа в компании стала лекарством от выгорания после неудачного бизнеса. В некотором смысле это психотерапия: намного легче выполнять кем-то поставленные задачи, чем быть единственным ответственным за всё, не сдаваться самому и вдохновлять подчинённых.
Да, работать в своей компании было интереснее. Но теперь я намного больше ценю людей, с которыми работаю, чем крутые задания.
Теперь — потому что мне есть с чем сравнивать. На работе в США было много подковёрных игр, особенно с началом сокращений. В Беларуси неудачи стартапа привели к конфликтам — в такой атмосфере сложно работать. Здесь же всё спокойно и команда очень приятная.
Поначалу в Samsung’е было много непривычного. Например собственные системы управления и разработки, от регистрации тикетов (Kona) до создания билдов (Cosmos). Плюс собственный мессенджер Knox teams и собственное приложение для созвона Knox Meetings. И на каждом надо запрашивать разрешение на открытие серийных и USB-портов, на открытие аккаунта в той или иной системе (их больше 30-и), проходить многоэтапный процесс регистрации и закрытия проекта.
В общем бюрократии многовато. В начале работы она меня пугала, но теперь, когда привык, я готов признать, что здесь всё устроено достаточно разумно и функционально. Главное — вовремя продлевать необходимые разрешения.
Атмосфера на работе тоже достаточно комфортная. Три дня я работаю из офиса, два дня — удалённо. В обычное время нам запрещено трудиться сверхурочно — можно только в те периоды, когда закрываются проекты (обычно с середины ноября по январь) и после одобрения руководства.
При этом количество сверхурочных тоже ограничено, у меня максимально было 40 часов за месяц. Выгоднее всего «свехурочить» по воскресеньям — тогда оплата двойная, а в будние дни и по субботам — только полуторная. Вместо оплаты можно брать отгулы, но большинство предпочитает деньги. Поэтому в конце года зп обычно повышенная, так, в прошлом декабре с бонусом в 14 тысяч злотых и сверхурочными я получил на руки 52 или 54 тысячи злотых.
Компания регулярно проводит тимбилдинг. Раз в месяц идем куда-нибудь на ланч всей командой — обычно вместе с теми ребятами, с которыми раньше были одной командой. Есть курсы бесплатные корейского и польского языка (курсы английского нужно искать самому, но их компенсируют), курсы по корейской культуре. Я пытался учить корейский ради любопытства, но оказалось слишком сложно.
Про культурный код. «Младшие не могут возражать старшим»
Что касается специфического корейского культурного кода, мне удалось прочувствовать разве что отголоски. Наша команда большей частью польская. В других командах есть ещё также сотрудники из Беларуси и Украины, но в офисе есть руководящий персонал из Кореи, так называемые диспетчеры.
Пару раз я сталкивался со странным поведением корейских сотрудников. Сначала не понимал, в чём дело, но потом меня просветили, что младшие (по стажу, а в корейском коллективе вроде бы ещё и по возрасту) не могут возражать старшим.
Говорят, раньше в карточке сотрудника указывали стаж работы. Правда было это, кажется, не в Польше. Во всяком случае здесь и сейчас влияние корейских культурных ограничений практически не ощущается. Возможно, в Корее по-другому.
Про AI и угрозу сокращения. «При сабмите кода нужно указывать соавторство ИИ»
Набор новых сотрудников в компании заморожен уже несколько лет, однако и сокращений не было уже почти 10 лет. До недавних пор ситуация была спокойной, правда сейчас из-за ИИ она более неопределённая.
Сотрудников заставляют использовать свой ИИ-ассистент Cline. KPI пока не повысили, но пользование код-агентом отслеживают: при сабмите кода обязательно нужно указывать соавторство ИИ, если оно есть. Сторонние ИИ-модели тоже добавляют в инструментарий.
Мои задачи всё ещё очень сложно автоматизировать, но кто знает, как это изменится в будущем. Некоторые коллеги, особенно помоложе, уходят в другие компании, а на их место новеньких не нанимают. В результате те же задачи приходится выполнять меньшим количеством рук, или передавать их в центры разработки в других странах, или брать сотрудников из других команд.
Если вдруг всё-таки случатся сокращения, надеюсь, работа в Samsung’е будет хорошо выглядеть в резюме. На рынок я смотрю пессимистично: вакансий гораздо меньше, чем 3,5 года назад, когда я был в поиске.
Я всё ещё не сомневаюсь в своих возможностях найти новую работу, но с большой вероятностью это будет удалёнка с заказами из США или какой-то другой страны.
Резюмирую: работа в Samsung’е даёт мне прежде всего деньги, во вторую очередь укрепляет резюме и помогает восстановиться психологически. Что до технического опыта, то он специфический и вряд ли подойдёт на следующей работе.
«Пива тут нет вообще». Быть айтишником в Саудовской Аравии круто — но есть цена
«Пива тут нет вообще». Быть айтишником в Саудовской Аравии круто — но есть цена
«Кто-то жаловался эйчарам на мой короткий рукав». Как молодая менеджерка рулит мужчинами в очень патриархальной стране
«Кто-то жаловался эйчарам на мой короткий рукав». Как молодая менеджерка рулит мужчинами в очень патриархальной стране
Релоцировались? Теперь вы можете комментировать без верификации аккаунта.